Гильдия «Рубежи Науки» профинансировала документальный фильм о сенсорной депривации
Документальный детектив «Строго сенсорная депривация» — это расследование, научный опыт и кино без сценария. Режиссер Юлия Киселева рассказывает, почему невозможно было спланировать съемки, зачем людей погружали в иммерсионные кровати и где зрители смогут увидеть эту 51-минутную картину.
В 1979 году студентка ВГИКа Татьяна Чивикова сняла учебную работу под названием «Строго сенсорная депривация». В центре сюжета — засекреченные в советское время эксперименты, в которых людей лишали всех внешних раздражителей: звука, света, тактильной опоры. Снимать настоящие опыты документально было нельзя, и Чивикова воссоздала их игровыми методами. А потом фильм исчез.
Прошли десятилетия. Режиссер Юлия Киселева, профессиональный кинематографист с 20-летним стажем, случайно узнала о существовании этой ленты. И начался самый непредсказуемый съемочный процесс в ее жизни.
Как рассказывает сама Юлия, фильм начинается как расследование.
Мы узнаем, что существует такая работа, начинаем ее искать — и понимаем, что ее нигде нет. Во ВГИКе найти не можем, в интернете — ничего, в библиотеках — пусто, — объясняет режиссер.
Зацепкой стала фамилия оператора. Им оказался Сергей Астахов — известный мастер, чье имя уже говорило само за себя. Благодаря этому следу команда в итоге разыскала пропавшую пленку, организовала показ в Доме кино и с удивлением обнаружила, что тысяча регистраций разлетелась за считанные минуты. Вдохновившись темой, она решила повторить эксперимент по сенсорной депривации — пусть и в смягченном варианте.
В Институте медико-биологических проблем добровольцев поместили в специальные иммерсионные кровати. Полная темнота, отсутствие звуков — насколько это возможно при скромном бюджете — и никакой опоры для тела. Несколько часов без единого внешнего сигнала.
Самое интересное — это то, что происходит с человеком, лишенным всех чувств, — говорит режиссер. — Нам испытуемые об этом рассказывали.
Эти рассказы и стали эмоциональным стержнем картины. В фильм попали трое участников эксперимента, а также ученые, которые комментируют природу паники: почему мозг начинает «сходить с ума», когда ему больше не на что опереться.
Зачем снимать такие исследования на видео, если все выводы давно описаны в научных
статьях?
Ответ режиссера прост и категоричен:
Научная статья — это сухие факты, выводы. А кино апеллирует к эмоциям прежде всего. Люди ходят в кино не для того, чтобы узнать что-то новое, они ходят за эмоциями.
Поэтому вместо лекции зритель получает историю с героями, сюжетом и непредсказуемыми поворотами.
Юлия подчеркивает: Кино — оно всегда кино, будь оно игровое, документальное или научно-популярное. Везде должны быть сюжет, герои, эмоциональная составляющая.
Одна из самых необычных деталей этой картины — полное отсутствие сценария на старте.
Мы начали искать фильм Чивиковой и параллельно снимать этот поиск. Мы ничего не знали. Мы не знали, найдем ли мы картину. Не знали, что Сергей Астахов окажется таким харизматичным героем. Не знали, что случится с испытуемыми во время эксперимента, — перечисляет режиссер.
Каждый следующий шаг мог стать последним. Если бы исходная пленка не нашлась — фильм просто не состоялся бы. Но он сложился. И сейчас, после двух лет работы, Юлия Киселева признается: «Мы безумно рады, что кино получилось».
На вопрос о том, что зритель должен вынести после просмотра, режиссер отвечает с неожиданной деликатностью:
«Я вообще не считаю, что зритель нам чего-то должен. Наверное, это мы ему скорее должны. Мы должны обеспечить аттракцион, чтобы он не зря провел 50 минут в зале».
Она надеется, что каждый найдет что-то свое: кто-то подумает, кто-то переживет, кто-то просто испытает эмоцию. «Обычно кино — многослойное искусство», — добавляет Киселева.
«Строго сенсорная депривация» — не первый научно-популярный проект режиссера. За ее плечами уже восемь фильмов в этом жанре, многие из которых посвящены нейрофизиологии: «Мозг. Вторая вселенная», «Мозг. Эволюция», ленты о нейроинтерфейсах и протезах.
В ближайших планах — картина о зеркальных нейронах, а затем и вовсе космическая тема: черные дыры и академик Черепащук. «Я продолжу снимать научно-популярное кино», — говорит Киселева, которая десять лет работала в документалистике, а последние десять — в науке.
Пока точной даты широкого релиза нет. В кинопрокат, в отличие от некоторых предыдущих работ, ленту выпускать не планируют. Но рано или поздно увидеть картину сможет любой желающий на сайте научноекино.рф. 51 минута в темноте, без звука, без опоры — и с историей, которую не напишешь заранее. Документальный детектив Юлии Киселевой доказывает: иногда самые сильные эмоции рождаются там, где наука замолкает, а в кадре остается просто человек.